(3 голоса, среднее 3.67 из 5)

Развитие и безопасность
Сергей Белкин

Текст выступления, подготовленного для секции «Безопасность» МЭФ 8 декабря 2015 г.

Источник: devec.ru

Сергей Николаевич Белкин – главный редактор альманаха и портала «Развитие и экономика»

Сперва я выскажусь по предложенным направлениям дискуссии, а затем предложу обратить внимание на то, как соотносятся такие важные аспекты нашей жизни как развитие и безопасность.

В самом начале, однако, предложу уточнение заглавия всей сегодняшней темы: «Смена экономического курса – ответ на внешние угрозы». Полагаю, что внутренние угрозы не менее опасны, чем внешние. В этой связи, мне кажется, название «Смена экономического курса – ответ на внутренние и внешние угрозы» более отвечал бы актуальной проблематике. Итак, коротко по основным вопросам.

Вопрос, несомненно, риторический. Ответить на него следует в той же стилистике: Да, можно, если отказаться от суверенитета, ассимилироваться, влиться в другую, более сильную нацию, стать ее частью и ощущать себя другим народом, другим государством, которое включит наши ресурсы в свой экономический контур. Похоже, что именно о таком будущем мечтали реформаторы девяностых и кое-что им в этом направлении сделать, к сожалению удалось. Но если не отказываться от своей страны. Культуры. Истории, языка, от своих отцов и дедов, если стремиться к подлинному развитию для себя и будущих поколений, то без мощной, гармоничной, структурно сбалансированной экономики, экономики слабо зависящей от мировой конъюнктуры, то не то что стать несокрушимой нацией, но и просто сохраниться в таком качестве невозможно. И еще. Вопрос хоть и риторический, кое-что важное в нём надо уточнить: экономика – это не тыл, экономика – это не нечто отдельное от всего жизненного уклада, это целостная социально-экономическая, культурно-хозяйственная система бытия народа.

Пока не вижу такой проблемы. Вижу, что в никуда не годной политико-экономической системе России с очень слабым профессионально и  дезориентированным политически правительством, а также недееспособными государственными и общественными  институтами удалось хоть как-то оживить и заставить работать сегмент ВПК, что само по себе неплохо. Плохо, что остальные сегменты экономики остаются в нездоровом состоянии. Но говорить в этой связи о милитаризации экономики – как минимум преждевременно.

Следующие два вопроса:

Объединю ответ на эти два вопроса в некоторое общее рассуждение.

В рамках действующей политико-экономической системы это – обеспечить национальную безопасность и устойчивость экономики –  сделать невозможно.

Изменение существующей системы предполагает сумму действий, состоящую из интеллектуальных решений в области целеполагания на уровне смысла существования государства и практических шагов в сфере государственного строительства и экономики. Первую часть – цели и смысл существования государства, его желанный образ в будущем считаю самым главным. Но, поскольку эта тема выходит за рамки темы сегодняшнего заседания, ограничусь кратким замечанием  о том, что обозначенная в Конституции цель – социальное государство – бессодержательный и безответственный призыв к некоему благостному благополучию для всех, которое однако, неизвестно как достичь и чем оно измеряется.

Переходя к практической части, назову те принципиальные решения, которые даже в рамках текущей – бесцельной с политической точки зрения – динамики позволят создать условия для развития экономики.

Первое и самое главное – создание суверенной финансово-банковской системы, направленной на экономическое, прежде всего – промышленное развитие. Существующая финансовая система спроектирована и выстроена, прежде всего,  для вывоза капитала из страны и в этом смысле она вполне эффективна. Часто используют метафору: финансовая система страны играет ту же роль, что и кровеносная система организма.  Если эту аналогию продолжить, то у нас налицо два процесса: кровопотеря (вывоз капитала) и нарушение кровоснабжения жизненно-важных органов (промышленность).

Призывы о необходимости изменения структурного перекоса в экономике длятся десятилетиями, прозвучали они и в послании Президента на прошлой неделе, однако все это будет оставаться гласом вопиющего в пустыне,  пока экономика опирается на финансовую систему, созданная для вывоза капиталов, полученных от продажи сырья, но не для промышленного развития.

Какие первоочередные шаги следует предпринять для построения здоровой финансовой системы.

Первое: приостановить деятельности валютной биржи на неопределенный, достаточно длительный срок. Для промышленного развития валютная биржа и спекулятивный финансовый дилинг не нужны вообще и поэтому их быть не должно.

Второе: необходимо создать (или воссоздать) государственный банк,  перед которым будет стоять задача обеспечения  промышленного развития, которое состоит в организации не только производства, но и сбыта продукции, то есть защиты внутреннего и внешних рынков в интересах отечественных производителей. Этот Государственный (или Центральный) банк должен быть подвязан, подстроен, спроектирован для решения именно этой задачи как самой главной.

Должен быть разработан и внедрен комплекс мер, направленных на снижение зависимости финансовой системы страны от внешней конъюнктуры. На эту темы высказано много предложений, в том числе и весьма глубоких, фундаментальных проработок и рекомендаций.  Не повторяя сказанное, предложу для обсуждения следующие меры, которые, как мне кажется, позволят кардинально изменить суть не только финансовой системы, но и экономики в целом.

Первое предложение: управление рентабельностью нефте- и газодобывающей отрасли. Это означает введение директивного ограничения прибыли по формуле «себестоимость плюс норма рентабельности». Директивное введение рентабельности не эквивалентно государственному регулированию цен. Этот механизм вполне адекватно учитывает реально складывающуюся и изменяющуюся себестоимость  продукции в условиях рынка. Ограничения накладываются лишь на   размер  прибыли добывающего предприятия при поставке добытой продукции. Разумеется, себестоимость добычи энергоносителей от предприятия к предприятию отличается в разы и зависит от многих, в том числе и объективных природных и инфраструктурных  факторов. Поэтому механизм ограничения рентабельности не может быть примитивным, но он и не сложнее действующей тарифной политики. Разумеется, при этом следует отказаться от вмененной нам ВТО политики «выравнивания мировых и внутренних цен на энергоносители». Напротив, это позволит стабилизировать внутренние цены на энергоносители в интересах развития промышленного производства.

Второе предложение есть продолжение первого в область электроэнергетики. Необходимо как можно быстрее восстановить целостность единой энергосистемы страны, устранить разделение на генерирующие и передающие мощности и так же установить уровень рентабельности.

Эти меры позволят стране обрести утраченную энергетическую независимость и в полной мере пользоваться тем высочайшим благом и преимуществом, которое нам даровано природой и трудами предшествующих поколений: собственными энергоносителями и системой энергообеспечения. Только тогда энергетика станет субстратом, фундаментом развития и промышленности и общества в целом. Сегодня эта отрасль не даёт, а высасывает. Сегодня мы не энергетическая сверхдержава, а нефте-газовая колония мировой экономики.

Продолжу краткие ответы  на заданные вопросы.

Да, нас ждут войны – большие и маленькие. И мы их проиграем, если не сменим существующую политико-экономическую модель существования страны. Наша слабость обусловлена, прежде всего из-за ошибочных целей существования – страны, народа – и методов поддержки этого существования. Я намеренно не употребляю по отношению к современной России слово «развитие» – оно неуместно. Сложившаяся модель привела за 25 лет к тому, что количество друзей у России по сравнению с СССР уменьшилось, а количество врагов возросло. Именно этим критерием следует оценивать нашу внешнеполитическую деятельность и наше место в мире. Но при этом надо отличать «друзей» в ельцинско-козыревском понимании от друзей подлинных. И еще: помимо друзей и врагов есть и третья форма сосуществования стран и народов: сосуществование.  Во многих случаях это наилучшая форма: когда не поступаются своими принципами, не стремятся разрушить чужие, а именно сосуществуют. Повторю еще раз: мир вступил в затяжную полосу глобального передела всего. Это будет делаться войнами. И именно поэтому прежний дрейф по течению, как в последние 25 лет, и не годится. Нас уничтожат.

Разумеется – да! СССР смог это сделать в эпоху таких угроз, какие нам, слава Богу, и не снились. Именно мобилизационный опыт СССР является интеллектуальной и эмоциональной надеждой на то, что нам удастся выжить и выйти на режим развития.

***

А теперь хотел бы обратить внимание на соотношение развития и безопасности.

То есть задать вопрос: является ли забота о безопасности досадной необходимостью, термозит ли она развитие или же, напротив, ему способствует.

Прежде чем дать на него ответ, следует уточнить – что такое развитие? Этот вопрос является ключевым для любой политической дискуссии. Однако, к сожалению, этот сложный вопрос чаще всего не ставится и никак не обсуждается. Основная причина в его кажущейся очевидности. Слово и понятие «развитие» является элементом бытовой лексики, мы его используем, не задумываясь над какими-то сложностями восприятия. И ведь действительно – никаких сложностей восприятия не возникает. Потому что большинство слушателей тоже не задумываются над возможными разночтениями. Всем кажется, что под развитием они понимают одно и то же. Поскольку я посвятил этой теме несколько лет жизни, учредил журнал – «Развитие и экономика» – главным редактором которого являюсь, привлек к обсуждению этой проблемы свыше 150 авторов, опубликовавших около 250 статей, могу сказать, что проблема «что такое развитие» существует и далека от своего исчерпания.

Самые острые и воистину судьбоносные разночтения возникают при анализе проблем социального развития. Здесь царит настоящая вакханалия мнений, что вовсе не так страшно, как яростное противоборство реализованных моделей развития обществ. То что мы называем словами капитализм, социализм, фашизм, демократия, тоталитаризм, религиозный фундаментализм и так далее, есть ни что иное, как различные ответы на вопрос что такое развитие.

Модель социального развития включает в себя много элементов, это и формы, способы и цели экономических отношений, это и идеологическое разнообразие либо его отсутствие, это и религиозные предпочтения, и культура, и образы будущего, и оценки прошлого. В силу этой комплексности понятия «развитие» и «модель развития» оказывается непросто выделить ограниченное количество параметров, отслеживая которые можно говорить: общество развивается, стоит на месте или деградирует.

Политики обычно выдергивают из всего сложного комплекса параметров то, что им нужно в настоящий момент, то, что можно использовать как электоральный лозунг или призыв. Им важно обуздать и направлять в нужное русло энергию социальных ожиданий. Так появляются такие страшные, разрушительные лозунги и цели как «переход от плана к рынку», как лозунги личной свободы как меры развития, как сакрализация формы собственности, как многое другое, составляющем мир ложных целей и ценностей, в которых мы живем. Упомяну  среди них наиболее внедренный в сознание тезис о «росте экономики», как несомненном благе, как цели и мере общественного развития. Не останавливаясь на этом весьма важном моменте дольше, что позволяет время краткого выступления, подчеркну лишь то, что тезис этот – о росте экономики –  и как цель и как мера не только ошибочны, но и вредны. Для более глубокого анализа следует погрузиться в рассуждения на тему: рост – чего, какой ценой  и для каких целей, после чего можно будет определить где и когда этот тезис имеет право на жизнь, а где – нет.

По моему убеждению меру и признаки развития общества следует искать и находить в сфере этики. Всякое общество изменяется, переходя из одного состояния в другое. Мы можем заявить, что любые изменения, происходящие в природе, в том числе и в истории человеческого общества, есть развитие. То есть отбросить любые оценочные суждения и считать развитием, цели которого нам неизвестны, любые произошедшие по факту изменения. Но это лишает нас – любое общество – исторической субъектности, превращает нас в объект, включенный в некие процессы. Мы же – я имею в виду человечество в целом – хотим иного. Мы хотим ставить цели и достигать их. А коли так, то без оценки – движемся ли мы к желанной цели или нет? – нам не обойтись. Как и не обойтись без постулирования тех или иных параметров в качестве индикаторов и целей развития.

Выскажу свое видение того, что есть социальное развитие, применительно к моей стране, к моей Родине, к России. Развитие есть движение общества к состоянию, в котором человек человеку друг, товарищ и брат, а свободное развитие каждого есть условие свободного развития всех. В такой ли формулировке, в формулировке ли Александра Зиновьева, говорившего о обществе, состоящем из коммунальных индивидов, действующих на основании коммунальных законов, и между которыми складываются коммунальные отношения, но мерой и признаком развития я считаю ценностно-этическое измерение.

Теперь о безопасности.

Очевидно, что как бы мы ни понимали смысл и цель социального развития, какую бы модель мы ни считали подходящей, безопасность является неотменяемым условием ее успешной реализации.  Помня о том, что анализируя проблему безопасности, мы выделяем множество ее аспектов: экономическую, военную, технологическую, информационную, государственную, общественную и так далее, хочу заострить внимание на следующем.

Анализируя соответствующие  виды угроз, мы продумываем, ищем те или иные способы, технологии, меры защиты от них. Все это в целом мы называем заботой о безопасности, осознаем ее важность и соглашаемся с необходимостью тратить на ее обеспечение все виды ресурсов: материальные и нематериальные. Воспринимая эти затраты только как необходимость, причем необходимость досадную, не забывая о том, что если бы угроз не было, мы бы эти ресурсы потратили на что-то созидательное, на развитие, мы упускаем важный аспект. А его упускать не стоит, потому что он придает нам решимость и уверенность в правоте, а это само по себе немаловажный ресурс.

Аспект, о котором я хочу сказать, состоит в том, что забота о безопасности несет в себе самой многочисленные факторы развития. Поясню на примерах. Наиболее очевидный – разработка и производство вооружений: все мы знаем, каким двигателем развития промышленных технологий является – во все времена – оружейная промышленность. К этому следует добавить и развитие, например, средств связи – интернет, тоже родился в недрах военных ведомств, и многое другое, что наполняет в конце концов жизнь общества в целом, а не только армию и флот. Примеры из военно-технической сферы, показывающие, что забота о безопасности  является фактором развития, можно умножать и умножать.

Еще один пример: компьютерная безопасность. В этой сфере мы наблюдаем просто колоссальный скачок в развитии информационных технологий, охватывающих практически все сферы жизни и деятельности.

Обобщая можно сказать, что во всей технической сфере постановка проблемы безопасности влечет за собой напряжение, консолидацию интеллектуальных и управленческих усилий, что весьма часто приводит к результатам, которые мы единодушно признаем  развитием.

Не столь очевидно что забота о, скажем, культурной, духовно-религиозной безопасности, является фактором развития. Например, идеологическая цензура может тормозить развитие тех или иных направлений философии, литературы, да и культуры в целом. Но может и защищать от вредоносных, разрушительных влияний. Так что вопрос этот нуждается в выработке критериев. А критерии могут появиться при ясно осознанных и поставленных целях общественного развития, при наличии образа желанного будущего и того характера взаимоотношений между людьми, которого хотелось бы достичь и – что, быть может во сто крат важнее: которого хотелось бы избежать.

Коридор этих критериев должна задать идеология развития. И вот тут надо четко понять, что эта идеология, став идеологией большинства, должна быть именно идеологией большинства. Мы не должны заискивать перед деструктивным меньшинством откровенных врагов. Но мы должна защищать от них общество большинства – не запретами, а контрпропагандой. И это тоже – важнейший элемент безопасности.

И последнее. Относительно благостный период интеллектуальных дискурсов с элементами сатиры и сколь угодно острой критикой правительства и его стратегии исчерпан. Дальше – интеллектуальный и политический застой, а за ним – гибель! Правительство не нуждается в наших рекомендациях и советах. Надо найти в себе силы, мужество, ресурсы для осознания, что без политической борьбы мы никогда не остановим падение в пропасть, никогда не реализуем свои мечты. Только прямая политическая борьба с целью прихода к власти, к рычагам стратегического управления судьбой государства и народа может дать возможность что-то изменить к лучшему.

На этом я прошу позволить мне завершить свое выступление.

Joomla Templates and Joomla Extensions by ZooTemplate.Com