Пятница, 21 Сентября, 2018
   
(5 голоса, среднее 4.20 из 5)

Русский уклад в XXI веке
Олег Фомин-Шахов

Источник: альманах «Развитие и экономика», №14, сентябрь 2015, стр. 184

Олег Валерьевич Фомин-Шахов – культуролог, директор Центра биополитических экспертиз, председатель АНО в защиту Традиции и семейных ценностей «Третий Муром», арт-директор Международного фестиваля социальных технологий в защиту семейных ценностей «ЗА ЖИЗНЬ», шеф-редактор газеты «Вифлеемский глас»

Понять уклад

При слове «уклад» из нашей памяти услужливо выныривают пресловутые самовар, печь, лапти, матрешка, балалайка. Мы привыкли считать уклад синонимом старины, ретро, архаики. Но уклад может быть и индустриальным – с дымящими трубами заводов и нехлипкими бабами на разгрузке вагонов. Уклад может быть и информационным – с полной компьютеризацией, автоматизацией. Уклад, наконец, может быть нанотехнологическим.

Иными словами, уклад – это всего лишь культурно-хозяйственное устройство жизни. А вот каким он будет, уже всецело зависит от нас самих.

Существует множество пониманий и определений уклада. В отдельных случаях на первый план выходят социально-культурные, в других – экономико-технологические детерминанты.

В структуре уклада можно вычленить:

  • культуру духовную (метафизика, традиции, ценности, социальные нормы, литература и искусство);
  • культуру материальную (всё то, что в рамках текущего уклада произведено человеком);
  • средства и способ производства (то, чем и как произвел всё это человек).

Есть соблазн, чисто модернистский, сказать, что уклад – это своего рода функция от средств и способа производства и потребления. Однако было бы ошибочным полагать, что мы пытаемся осмыслить уклад через жесткий односторонне направленный материально-экономический детерминизм. Сам по себе такого рода подход ложен и безрезультативен – подобно попытке решить, бытие ли определяет сознание или сознание бытие. Культура духовная связана с культурой материальной, а культура материальная связана со средствами и способом производства. Но при этом одно не происходит от другого. Тем более в какой бы то ни было временной последовательности. Правильнее было бы сказать, что все три названных компонента в структуре уклада развиваются одновременно, будучи взаимосвязанными и взаимоопределяющими.

Развитие укладов именовать «прогрессом» было бы неточно, поскольку это определение нагружено определенными оценочными смыслами, подразумевающими некую позитивную технологическую эволюцию во благо человека. Корректнее говорить об адаптации укладов под влиянием изменений – прежде всего климатических, демографических и ресурсно-сырьевых.

Принято классификационное деление укладов на:

  • доиндустриальный (аграрный);
  • индустриальный;
  • постиндустриальный (информационный).

С известной натяжкой, присущей любым схемам, и множеством оговорок эти три уклада можно соотнести с тремя онтологическими парадигмами – Премодерн (Традиция), Модерн, Постмодерн. Современные экономисты и об­щест­воведы ведут отсчет укладов от начала индустриальной революции, как будто отказываясь замечать всё то, что ей предшествовало.

Считается, что сейчас мы находимся в самом начале шестого – нанотехнологического – уклада (с 2011 года), которому предшествовал пятый уклад – компьютеризации и телекоммуникации (примерно с 1971 года). Соответственно им последовательно предшествовали: четвертый уклад – нефти и ленточного конвейера (примерно с 1908 года), третий уклад – стали (примерно с 1875 года), второй уклад – пара (примерно с 1825 года), первый уклад – рождения фабрики (примерно с 1772 года).

Можно было бы назвать доиндустриальную фазу уклада нулевым укладом, или укладом-ноль. Однако и здесь мы находим не один, а несколько последовательно сменяющих друг друга укладов: охота и собирательство, огородничество, скотоводство, земледелие.

Помимо этой основополагающей классификации укладов существует также более частная классификация, в которой понятие «уклад» отчасти приближается к понятию «культура». Например, уклад степных кочевников-скотоводов или уклад приморской рыболовецкой артели. Можно выделить и еще более частные типы укладов, связанные с конкретными историческими, географическими и другими обстоятельствами.

Нельзя сказать, что уклады возникают волюнтаристски, по чьей-либо прихоти. А если и возникают, то мы получаем псевдоморфозу, о которой писал Освальд Шпенглер, разбирая, в частности, культуру петровской Руси, когда на аутентичную культуру, подобно европейскому камзолу, была напялена неорганичная форма.

Однако укладу можно, исходя из объективных обстоятельств, придать «наклонение», вывести на передний план один из ключевых факторов.


Циклы Кондратьева

«Длинные волны» и «слоеный пирог»

Выдающийся советский экономист и общественно-политический деятель, аграрий Николай Кондратьев создал теорию экономических циклов, именуемых сегодня «волнами Кондратьева», или «длинными волнами». Исследовав большой объем статистических данных, касающихся экономических показателей, – на материале четырех стран почти за 150 лет, – Кондратьев пришел к выводу, что экономические подъемы и спады цикличны, связаны с инновациями в области средств и способов производства. На сегодняшний день в экономике выявлено несколько таких циклов (циклы Китчина, Жюгляра, Кузнеца) и в том числе цикл Кондратьева, наибольший из них. Длинная волна охватывает период примерно в 50 лет с некоторыми отклонениями. Внутри нее существует несколько фаз, или волн, – повышательных и понижательных. Есть мнение, что короткие волны внутри кондратьевского цикла можно соотнести с циклами Китчина, связанными с временными лагами в циркуляции информации на рынке. Не менее важны циклы Кузнеца, составляющие от половины до трети кондратьевской волны. Циклы Кузнеца – демографические, они определяют связь между экономическим ростом и естественным приростом населения или общим прирос­том (за счет мигрантов).


Циклы Кузнеца, Жюгляра и Китчина

Длинные волны Кондратьева принято соотносить с укладами. Вообще это отдельный вопрос, насколько могут быть сближены, а насколько противопоставлены такие понятия, как «культура», «уклад» и собственно «длинные волны» Кондратьева. Нам кажется, что в отдельных случаях они могут выступать как синонимы, поскольку узус первых двух понятий довольно размыт ввиду их терминологической неопределенности.

Предполагается, что начало новому укладу кладет подъем волны инноваций в области средств и способов производства. Однако уклады не возникают механически. Нельзя сказать, что до такой-то даты мы жили в одном укладе, а после нее перешли в другой. Процесс этот континуален. Тем не менее некоторые исследователи говорят о дискретности укладов, под которой следует понимать то, что всплеск первичных инноваций – или, как их еще называют, закрывающих (закрывающих предыдущий уклад и связанные с ним рабочие мес­та) или прорывных технологий – порождает новые средства и способы производства, новые экономические формы, по сути идущие вразрез с прежним укладом. Но это не дело одного дня или даже года.



Комментарии  

 
+1 #1 Николй 10.02.2017 23:11
надесю когданибудь мы перейдём в христиано-коммунистически й уклад. спасиБо.
 

НАШИ ПУБЛИКАЦИИ

Альманах «Развитие и экономика» №19, март 2018

Константин Бабкин:.
«Мы сформируем образ России будущего – той России, которую мы построим и в которой долго и счастливо будут жить наши дети и внуки»

стр. 8

Интервью президента промышленного союза «Новое содружество» и ассоциации «Росспецмаш», председателя Совета ТПП РФ по промышленному развитию и конкурентоспособности экономики России, сопредседателя Московского экономического форума Константина Анатольевича Бабкина альманаху «Развитие и экономика».



Руслан Гринберг:
«Теперь нет никаких олигархов – есть магнаты, а над магнатами царствуют бюрократы. Это кланово-бюрократическая структура»

стр. 18

Интервью члена-корреспондента РАН, научного руководителя Института экономики РАН Руслана Семёновича Гринберга альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Глазьев.
Создание системы управления развитием экономики на основе научных знаний о закономерностях ее развития

стр. 40

Программная статья одного из ведущих экономистов России, в которой рассмотрен широкий спектр насущных проблем экономической политики.



Вардан Багдасарян.
Постиндустриализм как когнитивное оружие

стр. 94

Деиндустриализация и постиндустриальное общество являются инструментами и факторами современной войны.



Александр Нагорный:
«Россия перед выбором: сдаться Америке или учиться у Китая?»

стр. 146

Интервью заместителя председателя Изборского клуба Александра Алексеевича Нагорного альманаху «Развитие и экономика».



Сергей Белкин.
Советская индустриализация в искусстве

стр. 230

Как с помощью литературы, живописи, скульптуры «производить» энтузиазм?

САМОЕ ПОПУЛЯРНОЕ

ПОСЛЕДНИЕ КОММЕНТАРИИ

© 2018 www.devec.ru. Все права защищены.
Сейчас 1012 гостей онлайн